Станислав Смагин. А память священна?

Песня Джамалы не несла никакого послания миру а с самого начала была политическим инструментом

Джамала во время выступления (Фото: Вячеслав Прокофьев/ТАСС)

Из всего обсуждения прошедшего скандального Евровидения в рамках «Свободной прессы» более всего мне понравилось предложение в следующий раз спеть о тяжелой судьбе американских японцев, во время Второй Мировой брошенных кровавым рузвельтовским режимом за колючую проволоку. Хочу выдвинуть встречное предложение-пожелание: чтобы от Англии был исполнитель с песней о его дедушке и бабушке, активистах партии Освальда Мосли, которых упырь Черчилль запер в 1940 году в концлагерь и продержал там всю войну; профессор Брайн Слипсон, опубликовавший в 1992 году исследование, посвященное этому, по его словам, «самому значительному ущемлению прав человека в ХХ веке», резюмировал его вполне недвусмысленно: «В высшей степени отвратительно».

В мировой истории было несколько грандиозных, затронувших один либо несколько народов трагедий, память о которых нужно хранить всему человечеству просто в назидательных целях, чтобы произошедшее никогда не повторилось; при этом гальванизировать память об этих трагедиях судебными преследованиями за их не отрицание даже или осмеяние, а просто за обывательское забвение — затея не из числа однозначных. Однако память о большинстве национальных трагедий по-настоящему, не для галочки хранят лишь сами затронутые ими народами, причем факт собственного одиночества на страже памяти о своей боли вполне осознавая.

Соответственно, все эти метания вокруг песни Джамалы однозначно говорят, что никакого послания миру и даже самому крымскотатарскому народу о его трагедии она не несла, а с самого начала рассматривалась исключительно как политический инструмент. Да вот и замечательная Диана Кади называет произошедшее провокацией, никак не служащей интересам крымских татар, а куда больше вредящей им. Впрочем, сомнений на сей счет не было изначально.

  • Facebook Clean
  • Twitter Clean