• Facebook Clean
  • Twitter Clean

Никита Кричевский. С кем разговаривать?

07/22/2015

О плане либеральных реформ, подготовленном «правительством Кудрина»

     На следующий день после выхода  статьи «Бесполезно разговаривать» на популярном новостном ресурсе был опубликован материал «Либеральные реформы: вам это не понравится», в котором обозначались направления либеральных реформ, предлагаемых все теми же провластными отрешенцами.

В том материале главные герои второй публикации или, как они названы в тексте — «правительство Кудрина» (кроме Алексея Кудрина это, по алфавиту, Сергей Алексашенко, Евгений Гонтмахер, Евсей Гурвич, Сергей Гуриев, Евгений Ясин) предстают знатоками марксистско-ленинской теории, словно, вызубрившими ленинское: «Все народное хозяйство, организованное как почта… — вот наша ближайшая цель».

    «Классический экономист», — когда-то издевательски написал Дэвид Ландес, — считает, что «рост является естественным явлением и происходит везде, где существуют возможности и безопасность. Удалите все препятствия, и рост сам о себе позаботится».

    И вот в конце 1980-х наиболее ретивые головы приступили к формированию и насаждению универсальной модели нарисованного государства с рыночной экономикой. От «единственно верного» неолиберального монетаризма (борьбы с инфляцией посредством сжатия денежной массы) и рекомендаций Вашингтонского консенсуса (приватизации и открытия внутренних рынков) до дерегулирования финансовой сферы (по сути, непротивления финансовым спекуляциям), по недоразумению для неолибералов закончившегося Великой рецессией 2008-го года.

    Теоретическое подкрепление не отставало. Вот что писал Мансур Олсон в книге «Власть и процветание», вышедшей в 2000 г.: «Переход к демократическому правлению может стать результатом внешнего влияния и даже может быть навязан извне».

    Задорная цитатка, не правда ли? В данном случае Олсон одновременно и отражал, и цементировал господствовавшие на тот момент западные представления о путях «реформирования» третьих государств.

    Столкновение России с капитализмом, когда в 1990-е, в-точь по Ландесу, были ликвидированы все препятствия для реализации индивидуальных предпринимательских возможностей, а власть, как могла, обеспечивала по крайней мере внешнюю безопасность, привело не к экономическому взлету а к глубочайшей депрессии, хищническому разграблению ставших бесхозными госактивов и беспрецедентной в истории мирного времени депопуляции.

    Что-то пошло не так. Впрочем, что тогда, что сейчас о несовпадении навязываемых извне  формальных правил и конвенциональных российских культурно-исторических и ментальных норм никто не задумывался и не задумывается.

    Вернемся к «Либеральным реформам». Под реформами «кудринцы» подразумевают, прежде всего, заученные выхолощенные изменения в институтах (правилах). О реальной экономике — ни слова:

   приватизация (подробный разговор ниже);

   защита прав частной собственности (в российских исторических условиях крайне сложная задача, трудностей добавляет отсутствие интереса со стороны крупного бизнеса и бюрократии);

   подавление коррупции (помнится, уже была в гоголевской России одна «вдовушка»);

   политическая конкуренция (отсутствие взаимосвязи между качеством политических институтов и экономическим ростом доказано и теоретически, и эмпирически);   

   дерегулирование процессов, связанных с ведением бизнеса (уж не намек ли это на легитимацию финансовых спекуляций?);

   сокращение военных и социальных расходов

   повышение пенсионного возраста

   Каждое направление достойно отдельного разбора, а потому остановимся лишь на первом пункте — на новой приватизации. Теме, в которой все недостатки псевдолиберального экономического подхода по-российски проявились во всей красе.

  

Приватизация

     В «Либеральных реформах» отмечается, что «единое консолидированное мнение «правого фланга» состоит и в том, что стране нужна масштабная приватизация, чтобы снизить долю государства в экономике». Пресловутый «правый фланг», очевидно, не знает (или не хочет знать), что в последние годы число организаций государственной и муниципальной форм собственности составляло порядка 7% от общего количества. В Китае (вторая экономика мира по итогам 2013 г. после США) на компании с госучастием приходилось 60% фондовой капитализации, а в России и Бразилии (соответственно, седьмая и восьмая экономики мира) доля таких компаний составляла 30−40%. Насколько успешны госкомпании?

      Исследование инвестиционного банка Morgan Stanley, проведенное в 2012 г., показало, что компании с госучастием, функционирующие на формирующихся рынках, по объему капитализации демонстрируют устойчиво более высокие результаты, чем частные корпорации, более того, по отношению капитализации к прибыли госкомпании недооценены рынком.

    По всей вероятности, «либералы» говорят не о нескольких тысячах «неинтересных» ГУП и АО с госучастием, который год числящихся плане приватизации Росимущества, а о «сливках», таких как «Роснефть», «Аэрофлот», ВТБ, Сбербанк или РЖД. О естественных монополиях «новые приватизаторы», уверен, даже не задумывались. Что касается первых трех, замечу, успешных компаний, то ни автору, ни обществу непонятно, с какой целью продавать успешные госструктуры, из года в год приносящие прибыль основному акционеру (государству или Центробанку) и выполняющие значительные социальные функции.

     Следующий и, по всей вероятности, крайне сложный для «правого фланга» вопрос: что означает «доля государства в экономике» — объем или силу? С объемом присутствия государства вроде бы разобрались. Что касается силового гнета, то приватизацией он не исправляется. Здесь впору говорить о бюрократической реформе, причем, не только и не столько антикоррупционной кампании, сколько о сломе многовекового служивого менталитета, когда со времен российского средневековья управление государевыми землями или исполнение иных государственных функций отдавались на кормление, а принадлежность к государевой службе (во времена СССР — к партийной работе) считалась своего рода гарантией неприкосновенности имущественных интересов и открывала доступ к дополнительным преференциям и привилегиям.

     Наконец, «на закуску»: что делать с многомиллионным темным народом. Говоря по-другому, что делать с  культурно-историческими особенностями и менталитетом россиян?

     Стойкое неприятие населением любого разгосударствления началось не в 1990-х,   с Манифестом Петра III от 1762 г. «О даровании вольности и свободы всему российскому дворянству», когда дворяне в отличие от прочих сословий получили свободу; продолжилось с Манифестом Александра II от 1861 г. «Об отмене крепостного права», после которого российское крестьянство еще почти полвека не могло расплатиться с государством за «дарованную», но окруженную многочисленными сервитутами землю; и перетекло (здесь за неимением места перескочим) в категорическое неприятие ваучерной и залоговой приватизации тех самых 1990-х. В том числе, лелеемым либералами неидентифицируемым средним классом. Что с этим «немытым» народом делать? Проигнорировать в полном соответствии с нарисованными мелом на доске фальшивыми либеральными канонами?

 

Мотивация

     После прочтения тезиса, «Кудрин, а также ряд других либеральных экономистов и политиков… уверены, что России нужны срочные реформы, чтобы не погрузиться в стагнацию», вспомнилась «лохматая» публикация от 2004 г. о правительственном обсуждении бюджета-2005.

     Тогда Кудрин, даже будучи федеральным министром, частенько выступал паникером: Из реминисценций министра получилось, что снижение нефтяных цен грозит России как минимум пересмотром экономического курса и как максимум сломом политического строя». И вот опять: «Новые санкции и очередной виток падения цен на нефть могут загнать российскую экономику в еще большую яму». Здесь можно ставить точку, мол, паникер, что с него взять, однако вопрос о мотивах Кудрина и К, останется без ответа.

     Не секрет, что названные в этом материале персонажи входят в кудринский Комитет гражданских инициатив, участвуют в его работе лично (дистанционно) и свято верят, что очень скоро Владимир Путин подпишет Указ о назначении Кудрина премьером.

     Скорее всего, в этом уверен и сам Кудрин, отсюда его долгосрочный алармизм — более десяти лет президент никак не отважится на «единственно верный» шаг, что, якобы, спасет Россию. При этом уменьшение ЕСН и возникший сразу после этого дефицит бюджета ПФР, антигосударственное размещение Стабфонда за границей в ущерб собственной экономике (а теперь еще и под угрозой замораживания) или запредельная централизация бюджетно-налоговой сферы считаются забытыми. Чистый лист.

     Прочими фигурантами списка движут кем-то снова тщеславие, другими — алчность, третьими — ностальгия, есть и плохо скрываемая мизантропия. Одного лишь нет — радения о благе Отечества.

Но, может, так и надо? С быдлом-то? А?

 

Автор — доктор экономических наук, профессор

 

Свободная пресса (с небольшими сокращениями)

Please reload